Тайны Валахии: Дети Ночи

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тайны Валахии: Дети Ночи » Монастырь св. Екатерины » Комната отца-настоятеля


Комната отца-настоятеля

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://www.yaransk.com/tefi/e13.jpg
Комната отца Микаэля - просторная и светлая, выходит окнами на восток. Минимум мебели, спартанская обстановка.

0

2

>>> ворота

Отец Микэль добрался до своей комнаты, располагавшейся на втором этаже здания, словно под гипнозом или находясь в глубоком сне - едва лиразбирая дорогу в полутьме коридоров, где послушники еще не успели зажечь света. Впрочем, свет ему был и не нужен - он словно двигался, повинуясь внутреннему чувству направления, как лунатик. Он шел, не оборачиваясь, как мифический орфей, боясь, что стоит остановиться, стоит повернуться к своей спутнице, и она тут же исчезнет, и больше уже не появится никогда.
Он открыл тяжелую дверь кельи и ступил внутрь. Конечно, в комнате было электрическое освещение, но отец Микаэль не стал включать верхний свет - он прошел вглубь комнаты и зажег две высокие свечи на столе, словно ограничив световой пентаграммой небольшой участок комнаты, где он мог бы остаться с девушкой действительно наеине, не опасаясь, что призраки, посещавшие его сегодня, проникнут в этот светящийся круг.
Микаэль указал Эржебет на высокий деревянный стул, сам же садиться не спешил - его терзало нетерпение и боль, теперь ставшая слишком ощутимой, чтобы можно было эффективно ее скрывать. Он дышал неглубоко и хрипло, стараясь не впускать в саднящую грудную клетку слишком много воздуха.
- Я не ждал вас,- выговорил он прерывисто и глухо, все еще избегая взгляда Эржебет.

0

3

>> Ворота.

Волчица уселась на предложенный стул, чуть наклонила голову, прислушиваясь к шагам за дверью. Монахи и послушники деликатно покидали коридор, нисколько не сомневаясь, что поздняя гостья пришла исповедоваться. Пока она молчала, определяя расстояние до "объектов", и только сочтя, что их точно никто не услышит, перевела взгляд на отца Микаэля. Бледное невыразительное лицо настоятеля казалось ещё бледнее, губы мелко подрагивали, стараясь скрыть нетерпение и боль. Эржебет почувствовала что-то вроде жалости... Она вообще была несколько сентиментальна... Сейчас, здесь, когда лёгким движением руки она могла контролировать силу, неподвластную ни одному вампиру, Волчица могла себе позволить быть сентиментальной.
И снисходительной...
Еле слышно зашуршала расстёгиваемая "молния". Но вынимаемый пакет не издал ни единого звука - это движение Эржебет отработала давно. Так же осторожно она положила пакет на стол, поближе к себе, подальше от отца настоятеля. "Сперва - дела. Потом - делай что хочешь... Хотя всё, что ты сейчас хочешь - вот этот пакет с "марафетом". Придётся немного побыть жестокой. То, что отец Микаэль может попытаться выхватить кокаин, Эржебет понимала, но не напрягалась на этот счёт. Хрупкая с виду девушка могла померяться силой с медведем, а уж отца настоятеля - так просто порвать на британский флаг. Но... Отец Микаэль привык строить из себя святошу. И он будет играть до конца...
- Мне необходимо двадцать ящиков вина, - тихо произнесла Эржебет.  - Желательно сегодня. Крайне - завтра к вечеру...

0

4

Микаэль прекрасно знал правила этой игры - обычно сам он редко имел дело напрямую с дилерами - в город он выбирался редко, и занимался покупкой наркотиков только в самом крайнем случае. Эржебет же, хоть и не отличалась особым постоянством, но всегда точно знала когда появиться  незадолго до того, как наступит тот самый "крайний случай" - она любила играть, и знала, что хороший партнер (или соперник?) в игре тот, кто может контролировать себя и вести партию самостоятельно, если этого потребуют обстоятельства. Потому отец-настоятель присел на краешек стула, сложив чуть подрагивающие руки на столешнице, и взглянул на Эржебет.
- Двадцать ящиков - это очень много, госпожа Батори,- мягко проговорил он, словно втолковывал что-то нерадивому ученику монастырской школы,- я не говорю о том, что такая поставка несколько истощит наши собственные погреба - это не беда. Но за сутки доставить такую большую партию незаметно практически невозможно, вы знаете это.
Отец Микаэль понимал, что торговаться в этом случае с его стороны довольно непоследовательно - он был согласен на сделку с самого начала, даже если бы она сказала, что ей нужны сорок ящиков, но правила этой игры подразумевали торг - иначе в один прекрасный день их соглашение могло оказаться под угрозой. Микаэль знал, что слаб и ненавидел себя за это - с каждым разом доза, достаточная для утоления боли и приносящая кратковременный покой, становилась все больше, и он боялся в конечном счете потерять контроль над собственными демонами. Микаэль знал - это опасно не только для него... В его ушах до сих пор стояли крики того мальчика, что попался ему под руку месяц назад, когда его ломка достигла пика... Их тонкие запястья в оковах наручников рвались так легко, словно кожа была бумажной...
Тогда это помогло унять голод. Но лишь затем, чтобы вызвать еще большие страдания - угрызения беспощадной совести. И всех ночей молитв и самистязаний не хватило бы, чтобы искупить эти грехи...
На этот раз он этого не допустит...

0

5

Эржебет усмехнулась. Началось... Теперь ей следовало сделать шаг назад. Она ни на секунду не сомневалась, что получит желаемое. Она всегда получала то, что хотела получить. Рано или поздно, так или иначе...
Волчица скорбно вздохнула и сделала "лицо святой великомученицы". Эта маска в сочетании с её красотой получалась у Эржебет лучше всего. Опущенные ресницы, лицо, преисполненное смирения и вселенской печали, лёгкий наклон головы...
- Ну да, ну да... Я понимаю... - Это тоже было частью их ритуала: она делала вид, что ляпнула, не подумав, он делает вид, что верит ей. - Просто хотелось бы побыстрее...
Пауза... Тишина, нарушаемая лишь потрескиванием свечей, сеющих желтоватый неровный свет вокруг них... Внезапно заискрившееся распятие на стене - к чему бы?.. Что такое вспомнил отец настоятель, чтобы сейчас обратиться мыслями к Богу?.. Но светение вскоре погасло.
- Десять. - Жёстко, холодно, словно хлестнула словами вязкую, почти осязаемую тишину. - Десять - завтра к вечеру. Остальное - третьего, так же к вечеру.
Пальцы выбили дробь по пакету, длинные ухоженные ногти чуть вспороли полиэтилен, и в воздух метнулось серебросто-белое облачко. Ноздри обдало морозцем.
Мысль внезапно вспыхнула в голове, отчётливо и ярко, и, прежде, чем Эржебет подумала о последствиях, она спросила совершенно другим тоном:
- Отец Микаэль, вам по-прежнему доставляют по весне козлят для трапезы?

0

6

Микаэль даже в тусклом свете заметил, как порвался хрупкий прозрачный полиэтилен, и белый демон вырвался наружу - лишь отсвет, но на несколько секунд отец-настоятель лишился возможности видеть что-либо еще. Вот он... Так близко...
Он прикрыл веки и мысленно вознес краткую молитву - это всегда помогало до определенного момента - и лишь после этого смог сконцентрироваться на втором предложении девушки.
- Эти условия более приемлимы,- начал он, стараясь придать своему голосу надлежащую твердость, даже некоторую строгость и холодность - хотя, строгим и холодным в присутсвие этой женщины он себя никак не ощущал,- первую партию вы получите завтра же, что до второй...
Он не успел договорить, когда Эржебет задала свой второй вопрос. Микаэль снова посмотрел на нее - почти в упор, мысленно обругав себя за то, что не включил верхний свет - сейчас в неясных отблесках свечей разглядеть истинное выражение ее лица было практически невозможно - Микаэлю даже на секунду показалось, что перед ним сидит вовсе не Эржебет, а...
Он поспешно согнал с себя наваждение.
- Козлят? - переспросил он, и голос его прозвучал хрипло,- только к светлому празднику Пасхи, госпожа Батори. А почему вы спрашиваете?

0

7

Сказать?.. Не сказать?..
Сказать ему, что существуют боги не менее могущественные, но более сговорчивые?.. Не поймёт... А мог бы стать верным адептом...
Иногда Эржебет, глядя в лицо отца Микаэля, никак не могла отделаться от мысли, что смотрит в зеркало... И видит себя-человека, в те далёкие двадцать пять, когда впервые почувствовала, как созерцание чужой боли избавляет от своей собственной... Нет. Этот вряд ли станет служить Матери Воспоминаний... Или станет?.. Ведь на этот путь стоит лишь встать и обратной дороги уже не будет. И в день, в срок, который дозволит ему Кали, он будет резать глотки козлят...
...людей?...
...чтобы чужая агония прекратила его агонию. Она просила многого - и платила раз в три месяца, отдавая жизнь жертвенного агнца за жизнь Волчицы. И чёрная богиня неуклонно напоминала о сроках, не ведая снисхождения, не желая внимать законам природы. За неделю до срока приходила эта мука, когда каждая мысль, каждое желание, каждое стремление сводилось лишь к одному - принести жертву. И не было спасения от этого ада... Стоило на секунду закрыть глаза, и отчётливое видение чёрного козлёнка вставало перед внутренним взором, явствуя собой избавление от мук...
Нет. Не сегодня. Потом... Как-нибудь потом...
- Если...вдруг...- Эржебет цедила слова, взвешивая все "за" и "против". - будет чёрный козлёнок... Чёрный, без единой отметины... Придержите для меня...
Она подалась вперёд, тонкие пальцы легли на руку отца настоятеля.
- Я в долгу не останусь...

0

8

Микаэль, несмотря на всю плачевность своего состояния, посмотрел на девушку в упор, удивленно изогнув бровь и чуть прищурившись - он заметил, как поменялся ее тон - с самого начала их разговора она вела себя так, словно ее привели на допрос, а не она сама пришла для заключения сделки, но сейчас взгляд ее - это быловидно даже в неярком свете свечей - загорелся странным огнем, словно мысли ее занимало нечто, совершенно не относящееся к обсуждаемому вопросу - едва ли даже относящееся к области обычных предметов. Микаэль, возможно, заинтересовался и обеспокоился даже этим больше, но сейчас сил у него на это не было.
- Думаю, об этом можно поговорить в более урочное время,- медленно выговорил он - каждое слово давалось с большим трудом, отдаваясь огнем в легких, словно при каждом движении грудной клетки они врезались в ребра, ставшие острыми, как лезвия сабель, изнутри,- сейчас нам нужно прийти к соглашению...
Его подрагивающие пальцы протянулись было к пакетику, но отец Микаэль быстро отдернул руку и прикрыл глаза, мыслено снова обратившись к Господу.
- Десять ящиков завтра,- выговорил он, не открывая глаз. Дыхание перехватило резким спазмом в груди, и Микаэль поспешно осенил себя кресным знамением, молясь теперь лишь о том, чтобы не потерять сознание перед Эржебет.

0

9

А если бы открыл их в этот момент, увидел бы, как побелело прекрасное лицо, а полные губы красавицы исказил хищный звериный оскал, обнажая заострившиеся клыки. Эржебет невероятным усилием воли взяла себя в руки, загоняя панику в глубину застывшего от ужаса сердца, заставив себя обворожительно улыбнуться.
- Десять - завтра. - Она поднялась со стула, давая понять, что разговор окончен. - Десять - послезавтра... А я уж постараюсь, падре, в следующий раз исповедоваться...кхм...более своевременно... Но это зависит уже от вас. А... Насчёт козлёнка... Это просто просьба. И ни к чему вас не обязывает...
Весной козлёнка можно было просто стащить... Это сейчас ей приходилось заказывать их. Но просьба могла вызвать интерес... Интерес - желание присоединиться... Присоединение... Если она приобщит неофита-человека, она станет жрицей. И ей уже не надо будет думать, где раздобыть козлят посреди зимы. За неё будут стараться другие...
Ладно, лирика лирикой, но следовало поторапливаться. Януш мог уже уйти на покой, а ей необходимо уйти так же, как и пришла.
- С вашего позволения, падре... - Эржебет наклонилась к мужчине, пристально, насмешливо глядя на него, шепнула одними губами. - Оставляю вас наедине с вашими демонами... Будьте с ними поласковее... С ними можно договориться...

0

10

Он осторожно - как хрупкую священную реликвия взял в похолодевшие и почти нечувствительные пальцы пакетик - медленно поднял его почти к самым глазам, боясь просыпать хоть крупицу, осторожно вдохнул уловимый лишь ему одному аромат.
Аромат греха.
Боль в груди сразу притупилась, словно трусливо отползя в темный угол, хотя отец Микаэль еще не принял своей дозы. Теперь, держа своих демонов в руках, он смог более внимательно посмотреть на Эржебет - девушка явно собиалась уйти как можно быстрее.
- Януш уже отправился на покой,- заметил Микаэль, осторожно открывая пакетик и доставая из внтреннего кармана своего одеяния плоскую инкрустированную шкатулку - вместилище для демонов. Одним быстрым жестом - как срывают с раны бинт - он пересыпал содержимое пакетика в нее, затем длинным ногтем левого мизинца захватил немного, вдохнул, прикрыл глаза и несколько мгновений молчал.
Тепло - будоражущее и оттого еще более приятное, чем тепло, скажем, от обогревателя в морозный день - разлилось по его немеющим членам, возвращая им чувствительность и подвижность - такой маленькой щепотки, конечно, было недостаточно, но отец Микаэль уже начинал чувствовать себя уверенно и спокойно - инцидент в часовне вдруг показался ему глупым скоплением видений - с кем не бывает...
Он еще раз в упор посмотрел на девушку - теперь уже совершенно иным взглядом, чем прежде - пытливым и изучающим, словно оценивал новичка в Школе или разговаривал с провинившимся работником.
- Полагаю, вы хотите, чтобы вас проводили. Это могу сделать я - если вы хотите, чтобы ваше посещение и исповедь осталась межу нами, конечно.

+2

11

"Вот ведь..." Далее последовало весьма витиеватое замечание в адрес монаха, которое, по идее, Эржебет не то, что произносить, - знать не должна была бы.
Но на её лице ничего не изменилось, оно по-прежнему было насмешливым и чуть отстранённым. На секунду в голову закралась гаденькая мысль, что ушлый падре каким-то образом догадался, КТО поставляет ему "марафет". Мозг мгновенно стал перекапывать память в поисках момента, когда она могла "проколоться"... Не суть! Любое подозрение она может объяснить логично, не выдавая себя.
А вот взгляд отца-настоятеля ей не понравился... Получив свой "новый мир", отец Микаэль пришёл в себя и вновь стал хозяином положения. Следовательно, становился опасным...
Эржебет решила рискнуть.
- Меня это мало беспокоит, - нагло улыбаясь, протянула она, не сводя глаз с мужчины. Можно было просто воспользоваться гипнозом, но Эржебет уже знала, что наркоманы в таком состоянии неадекватны. Да и ни к чему это было сейчас. Девушка быстрым движением смахнула опустевший пакетик со стола и сунула в карман. - Пока мы шли сюда, меня видели девять человек, не считая падре Януша. А что насчёт исповеди... Я отделаюсь штрафом - видите ли, одна занятная болезнь, доставшаяся мне в наследство, лишает меня удовольствия наслаждаться всеми прелестями местных тюрем... Впрочем, можете проводить, если хотите.

0

12

- Едва ли нас кто-то видел, пока мы шли до моей коматы,- заметил отец Микаэль,- я специально выбирал коридоры, в которых в этот час встретить кого-то трудно. Что до охраны на входе - они вполне могли решить, что вы - бедная девушка, ищущая ночлега под крышей монастыря - если вы выйдете из ворот в такую холодную ночь, это может вызвать подозрения и вопросы - вполне возможно, взыскание вам грозит не слишком большое, но впредь получать кровь Христову вам будет не так легко,- он осторожно вдохнул еще щепотку порошка, чувствуя, как приятная тяжесть и спокойствие заполняют его разум, тем не менее обостряя восприятие - казалось, он стал видеть в темноте четче, словно круг света от свечи раздвинулся, наполнив сиянием - ровно пульсирующим в такт ударам его сердца -всю комнату, резко выхватив из полумрака фигуру девушки.
Отец Микаэль приблизился и протянул ей руку.
- Я провожу вас к выходу, о существовании которого мало кто в монастыре знает,  госпожа Батори,- от прикосновений белых демонов, и кожа Микаэля стала почти болезненно чувствительной - казалось, он может пальцами ощутить фактуру кожи девушки, почувствовать прикосновение каждого микроскопического волоска. И кожа эта было ледяной и почти неживой. Но микаэль не вздрогнул, словно ожидал почувствовать именно это,- идемте.

>>> Через тайный проход к Кладбищу

0

13

"А ты догадлив, отец-настоятель... Слиишком догадлив... Но мы ещё поиграем. Я не в первый раз сталкиваюсь с такими, как ты."
Эржебет чуть выгнула тонкую бровь, спрятала усмешку в уголках губ. Пора идти ва-банк. И бросила первый камень...
- Я не причащаюсь крови Христовой, падре. Поскольку не принадлежу ни к одной христианской конфессии. Я исповедую более древнюю религию, так что ничего не теряю даже в этом случае. Если вы считаете, что мне следует уйти тайно - что ж, пусть будет так... Но... Не будет ли утром казаться странным моё отсутствие?

Камень брошен... Волчица с безразличным видом наблюдала за реакцией, следуя за отцом Микаэлем. Легенда была проработана до мелочей, пользовалась она ей несколько лет и на любой вопрос ответ был заготовлен. Вплоть до документов, подтверждающих чуть не каждое её слово...

>>> Через тайный проход к Кладбищу

0


Вы здесь » Тайны Валахии: Дети Ночи » Монастырь св. Екатерины » Комната отца-настоятеля


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC